Я тут обещала креатифффффф.
Начнем, пожалуй... (С)
Представьте себе, что Вы - образцовый учитель, Вы в театре, в переполненном зрительном зале. Смотрите Ревизора.
В роли Хлестакова потрясающий Актер.
Вы не любите Хлестакова. Ну конечно, а, собственно, за что его любить???
Еще в школе Мариванна, а потом в вузе Арнольд Альбертович Вам навеки объяснили, что он - отрицательный персонаж.
Врет и хвастает... дурак, в общем.
И Вы удивляетесь: как это Маэстро (уже им триумфально сыгран Гамлет, король Лир, Дон Карлос, Фаустутс и проч) решился на такую очевидную и явно отрицательную роль?
Спектакль идет... Актер произносит монолог за монологом, отыгрывает блестящие мизансцены -
и вот Вы уже потрясены и игрой Актера, да и заодно образом Хлестакова!
Актер увел Вас от стандартного привычного типажа - придурошного легкомысленного глупца, он не выполнил Ваших ожиданий.
Он сыграл трагическую, философскую роль, он показал страдания, безвыходность жизни, ужас маленького провинциала,
попавшего в соблазнительные сети большого города, а ресурсов и сил противостоять этим соблазнам у него не было...
Да и откуда им взяться? Ведь так сладко мечталось в Урюпинске под хрюканье свиней, так хотелось, чтоб все в жизни было красиво: дом на набережной, друзья, карьера, прогулки, обеды в хороших ресторанах ...
А вместо этого - насмешки "бывалых" офисных служащих и неизбежные пресмыкания его, начинающего офисменеджера, перед начальством, чтоб не выгнали обратно с позором - в деревню, в глушь, в Саратов... (С)
И вот Вы уже узнаёте... Вам это что-то напоминает... какие-то истории Ваших некоторых знакомых...
Вдруг Вам становится понятно, что Хлестаков - родной брат Башмачкина... Он не менее одинокая, и даже более трагическая фигура.
Потому что у Хлестакова в его петербургской жизни не было ничего дорогого, любимого, даже шинели...
Да Башмачкин счастливец по-сравнению с ним! Его жизнь была освящена любовью (пусть даже к шинели), осмыслена!
И в последней сцене ("Господа! Меня НИГДЕ так хорошо не принимали! Спасибо, господа...") - слеза сострадания невольно набегает на ваши прозревшие глаза.
Маленький губернский город оказался для Хлестакова живой рождественской сказкой, мечтой, которая воплотилась в жизнь. Он счастлив. Он вознагражден.
И есть, за что! Ведь он, собственно, не стал чиновником и не успел нахапать взяток и нагрешить, как эти...
..А эти - чиновники и все общество - тоже были в сказке с хорошим концом, где воры избежали тюрьмы и плетей)) Тем ужаснее для них возвращение в реальное время с реальным РЕВИЗОРОМ!
Они каменеют, как соляные столбы, оглянувшись на реальность и увидев мысленным взором свои горящие по мановению руки Настоящего Ревизора Содом и Гоморру.
Занавес: аплодисменты, крики "бис, браво, Актер!"
И путь домой, полный восхищения Мастером и новых мыслей о ярлыках, которые так легко клеятся к людям, о странной судьбе человека в странном мире...
"Все так и есть, несомненно, как Он это показал! Как только я раньше не понимал этого? - спрашиваете Вы себя.
Прошу простить меня, уважаемые господа, за этот маленький критический этюд в стиле Белинского и Ап. Григорьева))
Уж очень поразила меня работа А. Миронова в Ревизоре. И пришлась кстати к моему размышлению.
А теперь представьте себе другую картину. Вы, опять же, учитель.
Аудитория школьных учителей литературы (таких же, как те, что сидели на спектакле, и Вы такой же образцовый...). Конференция. Доклад Алексея Петровича - вьедливого и нестандартно мыслящего учителя. Цель доклада - убедить коллег отойти от стандартной трактовки образа Хлестакова и создать навый урок по Ревизору.
Доклад продуман до мелочей, учтено удобное для восприятия информации время (самое продуктивное - 10 утра), подготовлены реплики, показывающие осведомленность оратора об интересах, проблемах, возникающих при изучении этого произведения у коллег, тщательно выбрана аудитория (свет, температура, конфигурация зала, мульти-медийное оборудование с блестящей презентаций (визуализация тезисов доклада).
Тщательно продумана аргументация, подготовлены цитаты, проработан голос - и прочая, и прочая, и прочая...
Начинается выступление. Оратор в строгом неприметном прикиде виртуозно ведет свой доклад, уделяя максимум внимания своей аудитории, учитывая её капризы и возникающие волны реакции - от изумленных возражений до бурного одобрения. Он идет за аудиторией, он выполняет её ожидания , искусно и осторожно, чтоб не вызвать отторжения, вкладывая чужое в свое, непривычное в знакомое.
Доклад закончен. По результатам прений становится понятно, что коллеги в целом согласны с докладчиком, хотя готовы спорить и обсуждать.... Все разговоры в перерыве о необычной трактовке комедии, о новых возможностях переклички Ревизора и Шинели, о новом уроке... обо всем, кроме оратора.
И это правильно, это хорошо!
Докладчик доволен - он ведь был лишь идеальным транслятором идеи, неприметным инструментом для передачи данных непосредственно в мозг, в личность, в мировоззрение слушателя.
И вот меня мучает вопрос: какой учитель с большей вероятностью потрудится и изменит свой урок по Ревизору???
Тот, что был в театре, или же тот, что на конференции?
Ни того, ни другого никто не заставляет. Дело сугубо добровольное.
То есть, другими словами, можно ли определить степень эффективности воздействия на аудиторию стиля подачи идеи (информации) и стоит ли в связи с этим обучать ораторов-менеджеров театральному мастерству и всему, что с ним связано: образности языка, жестикуляции, интонациям, харизме, исполнению роли и проч.
Это сейчас стало очень модно - обучать менеджеров театральному искусству, приемам театрального мастерства, сценической речи.
А стоит ли?
Начнем, пожалуй... (С)
Представьте себе, что Вы - образцовый учитель, Вы в театре, в переполненном зрительном зале. Смотрите Ревизора.
В роли Хлестакова потрясающий Актер.
Вы не любите Хлестакова. Ну конечно, а, собственно, за что его любить???
Еще в школе Мариванна, а потом в вузе Арнольд Альбертович Вам навеки объяснили, что он - отрицательный персонаж.
Врет и хвастает... дурак, в общем.
И Вы удивляетесь: как это Маэстро (уже им триумфально сыгран Гамлет, король Лир, Дон Карлос, Фаустутс и проч) решился на такую очевидную и явно отрицательную роль?
Спектакль идет... Актер произносит монолог за монологом, отыгрывает блестящие мизансцены -
и вот Вы уже потрясены и игрой Актера, да и заодно образом Хлестакова!
Актер увел Вас от стандартного привычного типажа - придурошного легкомысленного глупца, он не выполнил Ваших ожиданий.
Он сыграл трагическую, философскую роль, он показал страдания, безвыходность жизни, ужас маленького провинциала,
попавшего в соблазнительные сети большого города, а ресурсов и сил противостоять этим соблазнам у него не было...
Да и откуда им взяться? Ведь так сладко мечталось в Урюпинске под хрюканье свиней, так хотелось, чтоб все в жизни было красиво: дом на набережной, друзья, карьера, прогулки, обеды в хороших ресторанах ...
А вместо этого - насмешки "бывалых" офисных служащих и неизбежные пресмыкания его, начинающего офисменеджера, перед начальством, чтоб не выгнали обратно с позором - в деревню, в глушь, в Саратов... (С)
И вот Вы уже узнаёте... Вам это что-то напоминает... какие-то истории Ваших некоторых знакомых...
Вдруг Вам становится понятно, что Хлестаков - родной брат Башмачкина... Он не менее одинокая, и даже более трагическая фигура.
Потому что у Хлестакова в его петербургской жизни не было ничего дорогого, любимого, даже шинели...
Да Башмачкин счастливец по-сравнению с ним! Его жизнь была освящена любовью (пусть даже к шинели), осмыслена!
И в последней сцене ("Господа! Меня НИГДЕ так хорошо не принимали! Спасибо, господа...") - слеза сострадания невольно набегает на ваши прозревшие глаза.
Маленький губернский город оказался для Хлестакова живой рождественской сказкой, мечтой, которая воплотилась в жизнь. Он счастлив. Он вознагражден.
И есть, за что! Ведь он, собственно, не стал чиновником и не успел нахапать взяток и нагрешить, как эти...
..А эти - чиновники и все общество - тоже были в сказке с хорошим концом, где воры избежали тюрьмы и плетей)) Тем ужаснее для них возвращение в реальное время с реальным РЕВИЗОРОМ!
Они каменеют, как соляные столбы, оглянувшись на реальность и увидев мысленным взором свои горящие по мановению руки Настоящего Ревизора Содом и Гоморру.
Занавес: аплодисменты, крики "бис, браво, Актер!"
И путь домой, полный восхищения Мастером и новых мыслей о ярлыках, которые так легко клеятся к людям, о странной судьбе человека в странном мире...
"Все так и есть, несомненно, как Он это показал! Как только я раньше не понимал этого? - спрашиваете Вы себя.
Прошу простить меня, уважаемые господа, за этот маленький критический этюд в стиле Белинского и Ап. Григорьева))
Уж очень поразила меня работа А. Миронова в Ревизоре. И пришлась кстати к моему размышлению.
А теперь представьте себе другую картину. Вы, опять же, учитель.
Аудитория школьных учителей литературы (таких же, как те, что сидели на спектакле, и Вы такой же образцовый...). Конференция. Доклад Алексея Петровича - вьедливого и нестандартно мыслящего учителя. Цель доклада - убедить коллег отойти от стандартной трактовки образа Хлестакова и создать навый урок по Ревизору.
Доклад продуман до мелочей, учтено удобное для восприятия информации время (самое продуктивное - 10 утра), подготовлены реплики, показывающие осведомленность оратора об интересах, проблемах, возникающих при изучении этого произведения у коллег, тщательно выбрана аудитория (свет, температура, конфигурация зала, мульти-медийное оборудование с блестящей презентаций (визуализация тезисов доклада).
Тщательно продумана аргументация, подготовлены цитаты, проработан голос - и прочая, и прочая, и прочая...
Начинается выступление. Оратор в строгом неприметном прикиде виртуозно ведет свой доклад, уделяя максимум внимания своей аудитории, учитывая её капризы и возникающие волны реакции - от изумленных возражений до бурного одобрения. Он идет за аудиторией, он выполняет её ожидания , искусно и осторожно, чтоб не вызвать отторжения, вкладывая чужое в свое, непривычное в знакомое.
Доклад закончен. По результатам прений становится понятно, что коллеги в целом согласны с докладчиком, хотя готовы спорить и обсуждать.... Все разговоры в перерыве о необычной трактовке комедии, о новых возможностях переклички Ревизора и Шинели, о новом уроке... обо всем, кроме оратора.
И это правильно, это хорошо!
Докладчик доволен - он ведь был лишь идеальным транслятором идеи, неприметным инструментом для передачи данных непосредственно в мозг, в личность, в мировоззрение слушателя.
И вот меня мучает вопрос: какой учитель с большей вероятностью потрудится и изменит свой урок по Ревизору???
Тот, что был в театре, или же тот, что на конференции?
Ни того, ни другого никто не заставляет. Дело сугубо добровольное.
То есть, другими словами, можно ли определить степень эффективности воздействия на аудиторию стиля подачи идеи (информации) и стоит ли в связи с этим обучать ораторов-менеджеров театральному мастерству и всему, что с ним связано: образности языка, жестикуляции, интонациям, харизме, исполнению роли и проч.
Это сейчас стало очень модно - обучать менеджеров театральному искусству, приемам театрального мастерства, сценической речи.
А стоит ли?
Не придуман ещё мой мир, от того голова легка. Нет звезды ещё в небе и нет закона пока... (Пикник)
Я люблю аккуратные или эстетически оформленные обертки больше, чем небрежные, рваные или грязные)))